Язык шпилек. – Разговор о сексе? С учеником? О чем вы? Моя | 𝐊𝐚𝐦𝐚𝐥𝐢𝐲𝐚'𝐬 𝐁𝐥𝐮𝐞 𝐑𝐞𝐯𝐞𝐫𝐢𝐞

Язык шпилек.

– Разговор о сексе? С учеником? О чем вы?

Моя прекрасная девочка стоит перед полной аудиторией, объясняет всем тему, а я гляжу в её прекрасное декольте, на которое смотрят все парни, и я готов переодеть сам, если она так же будет привлекать внимания.

Она уверенно ведёт урок, жесты плавные и точные, голос ровный. Но меня больше интересует не материал, а каждое её движение, каждое короткое прикосновение к доске, лёгкая игра с волосами, взгляд, которым она оценивает аудиторию.

Я почти не пишу, тетрадь лежит пустая, ручка в руке без дела.
Вместо этого я наблюдаю.

— Рафаэль, — слышу голос.

Я поднимаю глаза. Каролина стоит рядом, строго смотрит на меня.

— Покажите тетрадь, — говорит она спокойно, но с оттенком контроля.

Я лениво протягиваю пустую тетрадь.

— Всё честно, преподаватель Акоста, — говорю с лёгкой ухмылкой.

Она фыркнула, но уголок губ дрогнул, и я заметил это.

— После пары останетесь, — добавила она.

Все уходят, а я остаюсь, как она просила.

Мы стоим в пустой аудитории, воздух слегка напряжён, но лёгкий, почти игривый.

– Киса, что ты хочешь? – усмехаюсь я, и подхожу к ней

Она лишь закатывает свои глаза и садится на край стола.

— У тебя есть с собой кофта? — спрашиваю я с лёгкой ухмылкой.

— Кофта? К чему ты ведёшь? — она приподняла бровь, словно заранее готова к моему ответу.

Я снимаю пиджак с плеч, подхожу к ней и накидываю его на её плечи резко, почти броском. Каролина пытается снять его, но я крепко держу её за плечи, чуть ближе к себе, будто проверяю границы.

— Перестань. Неужели тебе не нравится? Я для тебя старалась и выбирала этот костюм! — возмущается она.

— Неужели? — хмыкнул я, чуть наклонившись к её лицу. — Мне нравится всё. Но я не собираюсь терпеть, чтобы на тебя пялились все парни и ловили каждый твой жест. Это моя работа — контролировать ситуацию.

Она сжала ноги, покраснела, отвела взгляд, но я осторожно повернул её лицо к себе, удерживая взгляд.

— И если я ещё раз увижу тебя в таком открытом декольте, — добавил я тихо, но с оттенком угрозы, — поверь, я сам буду выбирать тебе одежду.

Она невольно кивает, но вместо того, чтобы смягчиться, её губы изогнулись в дерзкой усмешке.

— Любишь командовать? — спрашивает она язвительно, слегка толкая меня локтем. — Тогда готовься, что я буду испытывать тебя на прочность.

— Отлично, — отвечаю я с холодной улыбкой. — Любя, но жёстко. Главное, что ты поняла.

Моя рука ненадолго коснулась её шеи — не причиняя боли, скорее как лёгкий намёк на контроль.

— И еще, если ты ещё раз будешь так соблазнительно улыбаться всем вокруг, — тихо произнёс я, — я сам решу, кто будет смотреть на тебя, а кто нет.

Каролина лишь закатила глаза и, не отступая, ответила с язвительной усмешкой:

— О, серьёзно? Ты думаешь, что это меня напугает? — сказала она, слегка наклонив голову к моей руке, будто проверяя, насколько я решителен. — Может, ты сам боишься, что я стану слишком дерзкой?

Я сжал пальцы чуть крепче, почти играючи, и чуть наклонился к её лицу.

— Бояться? Нет, — ответил я тихо, почти шёпотом, — но предупреждать придётся заранее. Не хочу потом сожалеть о том, что кто-то слишком смел.

Она лишь фыркнула и сделала шаг ближе, глаза блестят:

— Значит, будем выяснять, кто из нас сильнее. Только не удивляйся, если я окажусь умнее.

Между нами повисло напряжение — смесь вызова, желания управлять и лёгкого флирта. Я видел, что она готова играть, и это только раззадоривало меня.

— Хорошо, — сказал я с улыбкой. — Тогда посмотрим, кто кого перехитрит. Но запомни одно: иногда любя, приходится быть жёстким.

Каролина рассмеялась, коротко и дерзко, и уголки её губ дрогнули.

— Любя и жёстко? — переспросила она. — Тогда я точно буду проверять тебя на прочность.

— Проверяй, но если дело дойдёт то секса, там моя прочность сломается в первую секунду. И не говори потом, что я тебя не предупреждал.

– А кто говорил, что у меня будет терпение в сексе?

– Мисс Акоста, вы уверены, что можете говорить с учеником, на такие темы? – усмехаюсь я.

– Когда дойдёт дело до пересдачи, ты забудешь эти слова.

И мы оба знали: эта игра только начинается.